Неточные совпадения
— Прощайте, товарищи! — кричал он им сверху. — Вспоминайте меня и
будущей же весной прибывайте сюда вновь да хорошенько погуляйте! Что, взяли, чертовы ляхи? Думаете, есть что-нибудь на свете, чего бы побоялся козак? Постойте же, придет время, будет время, узнаете вы, что такое православная русская вера! Уже и теперь чуют дальние и близкие народы: подымается из Русской земли свой царь, и не будет в
мире силы, которая бы не покорилась ему!..
Игрою и ремеслом находил Клим и суждения о
будущем Великого сибирского пути, о выходе России на берега океана, о политике Европы в Китае, об успехах социализма в Германии и вообще о жизни
мира.
Если бы возможно было помыслить, лишь для пробы и для примера, что три эти вопроса страшного духа бесследно утрачены в книгах и что их надо восстановить, вновь придумать и сочинить, чтоб внести опять в книги, и для этого собрать всех мудрецов земных — правителей, первосвященников, ученых, философов, поэтов — и задать им задачу: придумайте, сочините три вопроса, но такие, которые мало того, что соответствовали бы размеру события, но и выражали бы сверх того, в трех словах, в трех только фразах человеческих, всю
будущую историю
мира и человечества, — то думаешь ли ты, что вся премудрость земли, вместе соединившаяся, могла бы придумать хоть что-нибудь подобное по силе и по глубине тем трем вопросам, которые действительно были предложены тебе тогда могучим и умным духом в пустыне?
От этого зависит
будущее России, исполнение ее призвания в
мире.
Я живу в прошлом и
будущем истории моего народа, истории человечества и истории
мира.
О
будущей жизни он тоже никогда не думал, в глубине души нося то унаследованное им от предков твердое, спокойное убеждение, общее всем земледельцам, что как в
мире животных и растений ничто не кончается, а постоянно переделывается от одной формы в другую — навоз в зерно, зерно в курицу, головастик в лягушку, червяк в бабочку, желудь в дуб, так и человек не уничтожается, но только изменяется.
Апокалипсис раскрывает
будущее, заложенное в настоящем, но он не ограничивается этим; ибо содержит и откровение о том, что Бог сотворит с
миром промышлением Своим и всемогуществом Своим.
Поэтому, если смотреть из прошлого и настоящего в
будущее, вообще рассматривать
мир во времени и из времени, он представляется как неопределенное множество разных возможностей, из которых только одна избирается и осуществляется тварной свободой.
Лишь в царстве
будущего века, когда «Бог будет всяческая во всех» [«Да будет Бог все во всем» (1 Кор. 15:28).], станет более имманентен
миру, нежели в этом веке, а потому и самая возможность религии, в значении ее как ущербленного богосознания, упразднится, лишь тогда человеческой свободе уже не дано будет знать или не знать Бога, верить или не верить в Него.
Цель истории ведет за историю, к «жизни
будущего века», а цель
мира ведет за
мир, к «новой земле и новому небу».
«Я прошу вас, — резюмирует Шеллинг, — считать установленным следующее: 1) Существо того, что Н. 3. называет Сыном, есть вечно в Боге и как поглощенное в actus purissimus божественной жизни, само с Богом, θεός. 2) С того момента (von da), как Отец усматривает в образах своего бытия возможность другого бытия, или того момента, как ему эти образы являются как потенции, т. е., стало быть, от вечности, с того момента как он есть Отец, вторая потенция представляется ему как
будущий Сын, он, стало быть, уже имеет в ней
будущего Сына, которого он в ней наперед познает, в котором он собственно принимает план (Vorsatz)
мира.
Мы встречали Новый год дома, уединенно; только А. Л. Витберг был у нас. Недоставало маленького Александра в кружке нашем, малютка покоился безмятежным сном, для него еще не существует ни прошедшего, ни
будущего. Спи, мой ангел, беззаботно, я молюсь о тебе — и о тебе, дитя мое, еще не родившееся, но которого я уже люблю всей любовью матери, твое движение, твой трепет так много говорят моему сердцу. Да будет твое пришествие в
мир радостно и благословенно!»
Ни вас, друзья мои, ни того ясного, славного времени я не дам в обиду; я об нем вспоминаю более чем с любовью, — чуть ли не с завистью. Мы не были похожи на изнуренных монахов Зурбарана, мы не плакали о грехах
мира сего — мы только сочувствовали его страданиям и с улыбкой были готовы кой на что, не наводя тоски предвкушением своей
будущей жертвы. Вечно угрюмые постники мне всегда подозрительны; если они не притворяются, у них или ум, или желудок расстроен.
Ни византийская церковь, ни Грановитая палата ничего больше не дадут для
будущего развития славянского
мира.
Конец
мира и истории не может произойти в
будущем, то есть в нашем времени.
Конец
мира произойдет не в
будущем, которое есть часть нашего разорванного времени.
Но все они верили, что Россия не должна повторять путь Запада и что славяно-русский
мир —
мир будущего.
Идея, высказанная уже Чаадаевым, что русский народ, более свободный от тяжести всемирной истории, может создать новый
мир в
будущем, развивается Герценом и народническим социализмом.
Покажите ему в
будущем обновление всего человечества и воскресение его, может быть, одною только русскою мыслью, русским богом и Христом, и увидите, какой исполин, могучий и правдивый, мудрый и кроткий, вырастет пред изумленным
миром, изумленным и испуганным, потому что они ждут от нас одного лишь меча, меча и насилия, потому что они представить себе нас не могут, судя по себе, без варварства.
Молюсь и непрестанно, дондеже есмь, буду творити о вас и о
будущем вашем супруге молитвы и моления о вашем благочестном житии,
мире в вашем семействе и о Божественной благодати, которую да ниспошлет Владыка
мира на дом ваш.
Творить брань со антихристом и со всеми его слугами — подвиг доблестный, доставляющий в здешнем
мире гонения, а в
будущем неувядаемые, светозарные венцы.
Патап Максимыч только и думает о
будущих миллионах. День-деньской бродит взад и вперед по передней горнице и думает о каменных домах в Петербурге, о больницах и богадельнях, что построит он
миру на удивление, думает, как он мели да перекаты на Волге расчистит, железные дороги как строить зачнет… А миллионы все прибавляются да прибавляются… «Что ж, — думает Патап Максимыч, — Демидов тоже кузнецом был, а теперь посмотри-ка, чем стали Демидовы! Отчего ж и мне таким не быть… Не обсевок же я в поле какой!..»
И аще исполните мое слово — в сем
мире будет вам от людей похвала и слава, а в
будущем веце от Господа неизглаголанное блаженство…» Как услышал я такие глаголы, тотчас игумну земно поклонился, стал просить его благословенья на подвиг дальнего странства.
В Германии-Тургенев-Баден-Швейцария-Бакунин-Берн и Базель-Мировой конгресс-Мюнхен-Вена-Привлекательная Вена-Веселящаяся Вена-Театральная Вена-Венские любимцы-Грильпарцер-Венский фашинг-Славянская Вена-Чехия-Дюма-Разговоры с Дюма-Мои оценки Дюма-Наке-Корш-Об Испании-Испанские впечатления-Мадрид-В кругу иностранных корреспондентов-Поездка по Испании-Испанская политика-Испанский язык-Испанские музеи-В Барселонк-Моя программа пепеездов-"С Итальянского бульвара"-Герцен-Русские в Париже-Огарев-Отношения к Герцену-Кавелин-Разговоры с Герценом-"Общечеловек"Герцен-Огаревы и Герцен-Парижская суета-Снова Вена-Невинный флирт-О французких женжинах-Роман и актрисы-Планы на следующий сезон-Бакст-Гончаров-В Берлине-Политические тучи-Война-Седанский погром-Французские Политики-Возвращение в Россию-Берг и Вейнберг-Варшава-Польский театр-В Петербурге-Некрасов-Салтыков-Салтыков и Некрасов-Искра-Петербургские литераторы-Восстание Коммуны-Литературный
мир Петербурга-Петербургская атмосфера-Урусов-Семевский и Краевский-Вид Парижа схватил меня за сердце-Мадам Паска-Мои парижские переживания-Опять Петербург-Театральные заботы-Дельцы-Будущая жена-Встреча русского Нового года
Теперь, в заключение этой главы, я отмечу особенно главнейшие моменты того, как
будущий писатель складывался во мне в студенческие годы, проведенные в"Ливонских Афинах", и что поддержало во мне все возраставшее внутреннее влечение к
миру художественно воспроизведенной русской жизни, удаляя меня от
мира теоретической и прикладной науки.
Первая моя экскурсия в деревню летом 1861 года длилась всего около двух месяцев; но для
будущего бытописателя-беллетриста она не прошла даром. Все это время я каждый день должен был предаваться наблюдениям и природы, и хозяйственных порядков, и крестьянского"
мира", и народного быта вообще, и приказчиков, и соседей, и местных властей вроде тех, кто вводил меня во владение.
Отрицание Бога, иного
мира и всего трансцендентного признали достаточным основанием того пафоса, по которому человек божествен, человек имеет бесконечные права, человеку предстоит блестящее
будущее.
Прогресс должен окончательно уничтожить в
будущем всякое зло и довести этот
мир до состояния совершенства.
Когда этот пустынножитель уходит в
мир запахов или цветов, Гюисманс дает настоящее исследование по мистике запахов и цветов. Des Esseintes доходит до отчаяния, он замечает, что «рассуждения пессимизма бессильны помочь ему, что лишь невозможная вера в
будущую жизнь одна только могла бы успокоить его».
Прогрессисты понимают историю как улучшение, как бесконечное совершенствование этого
мира, уничтожение зла прошлого и нарождение добра
будущего.
Отрывая вдруг человека от окружающей его среды, все равно, любезной ему или даже неприятной, от постоянно развлекающей его множеством предметов, постоянно текущей разнообразной действительности, она сосредоточивает его мысли и чувства в тесный
мир дорожного экипажа, устремляет его внимание сначала на самого себя, потом на воспоминание прошедшего и, наконец, на мечты и надежды — в
будущем; и все это делается с ясностью и спокойствием, без всякой суеты и торопливости.
А как счастлив бывал он в этой комнате некогда! он был не один: около него присутствовал тогда прекрасный призрак и осенял его днем за заботливым трудом, ночью бодрствовал над его изголовьем. Там жили с ним тогда мечты,
будущее было одето туманом, но не тяжелым, предвещающим ненастье, а утренним, скрывающим светлую зарю. За тем туманом таилось что-то, вероятно — счастье… А теперь? не только его комната, для него опустел целый
мир, и в нем самом холод, тоска…
Идя с этим бесстрашно глядящим в
будущее «новым» человеком, она вместе с ним покорит весь
мир.
Он не счел даже нужным указывать
будущему своему брату по схиме тяжесть обязанностей, принимаемых им на себя, силу искушений молодости и оставленного
мира, трудность послушничества.
То же, что я называю «ужасом», — бескорыстно, не утилитарно, не эвдемонистично, не означает озабоченности и страха перед
будущими страданиями, а чистое переживание бездны, отделяющей наш греховный обыденный
мир и нашу низшую природу от высшего, горнего, божественного
мира, от бесконечной тайны бытия.
И потому мы поставлены перед обыденным детерминированным
миром, в котором происходят процессы во времени и
будущее представляется фатальным.
И речь идет о победе над всяким рабством, над рабством перед властью прошлого и над рабством перед властью
будущего, над рабством у внешнего
мира, и над рабством у самого себя, у своего низшего «я».
Из середины нашего
мира, в котором все так не походит на рай, мы мыслим рай в прошлом, в начале, и в
будущем, в конце.
Но так как
будущая общественная форма необходима именно теперь, когда все мы наконец собираемся действовать, чтоб уже более не задумываться, то я и предлагаю собственную мою систему устройства
мира.
Алексей Нилыч, будучи философом, тебе истинного бога, творца создателя, многократно объяснял и о сотворении
мира, равно и
будущих судеб и преображения всякой твари и всякого зверя из книги Апокалипсиса.
В Западной Европе многие предчувствуют, что
будущее принадлежит славянской расе, что она призывается ныне сказать
миру свое новое слово, в то время как старые расы Европы уже сказали свое слово.
Иван Фомич выставил
миру два ведра и получил приговор; затем сошелся задешево с хозяином упалой избы и открыл"постоялый двор", пристроив сбоку небольшой флигелек под лавочку. Не приняв еще окончательного решения насчет своего
будущего, — в голове его мелькал город с его шумом, суетою и соблазнами, — он устроил себе в деревне лишь временное гнездо, которое, однако ж, было вполне достаточно для начатия атаки. И он повел эту атаку быстро, нагло и горячо.
Если это так, то этот
мир, делающий зло не для
будущего добра, но праздно, бесцельно, такой
мир невыразимо безнравственен.
Верить в
будущую жизнь может только тот, кто установил в своем сознании то новое отношение к
миру, которое не умещается в этой жизни.
Какое же из двух предположений вероятнее? Разве можно допустить, чтобы нравственные существа — люди — были поставлены в необходимость справедливо проклинать существующий порядок
мира, тогда как перед ними выход, разрешающий их противоречие? Они должны проклинать
мир и день своего рождения, если нет бога и
будущей жизни. Если же, напротив, есть и то и другое, жизнь сама по себе становится благом и
мир — местом нравственного совершенствования и бесконечного увеличения счастья и святости.
Никто не может похвалиться тем, что он знает то, что есть бог и
будущая жизнь. Я не могу сказать, что знаю несомненно, что есть бог и мое бессмертие, но я должен сказать, что я чувствую и то, что есть бог, и то, что мое я бессмертно. Это значит, что вера моя в бога и другой
мир так связаны с моей природой, что вера эта не может быть отделена от меня.
По ложному учению, жизнь в этом
мире — зло, благо же достигается только в
будущей жизни.
Смерть есть разрушение тех органов единения с
миром, которые дают нам представление о времени. И потому вопрос о
будущем не имеет смысла по отношению к смерти.
— Да прекратятся между вами все недоразумения, да будет между вами на
будущее время
мир и согласие! — произнес Петр Михайлыч.
Оленин так вжился в станичную жизнь, что прошедшее показалось ему чем-то совершенно чуждым, а
будущее, особенно вне того
мира, в котором он жил, вовсе не занимало его.